Как связаны живопись, современное искусство и ювелирный дизайн? Информационный язык композиции


В 2016 я впервые побывала на Арт Базель, где в одном гигантском павильоне в Швейцарии были собраны крупнейшие мировые галереи, представляющие как современное искусство, так и некоторые старые собрания, включая Эгона Шиле и Пикассо.

На этой же выставке едва ли не впервые, были также три ювелирные галереи, где можно было посмотреть браслет в виде арматуры от Ай Вайвэя, комплекты листиков от Кабаковых, крупные цветы из бронзы от Клод Лалань.


Брошь Claude Lalanne (бронза), браслет Ai Weiwei (золото).

 

Что объединяет эти работы? Все искусство, независимо от того, является ли эта живопись коммерчески успешной или нет, или это и вовсе ювелирные изделия, которые легче хранить, перевозить, и носить на себе, что как будто их коммерциализирует. Все эти области тем не менее объединены подобными законами процессов создания. И это предмет раздела философии эстетика.

Если суммировать, получается следующее:

— Живопись, и ювелирное искусство объединяется композицией, которая применяется в обеих областях.

— Современное искусство вьет тоже композицию, но иначе, вплоть до ее разрушения, и вокруг сфер интеллектуальных, документальных или имманентных.

— Во всех упомянутых случаях, автор подсоединяется своим аффектом к реальности, и затем передает уловленное содержание.

И тут особенный интерес у меня вызывает именно эта таинственность композиции. Об этом можно почитать у Кэти Чуров — эта уникальность композиции, “биографема” (термин Подороги) — это “тип мимической мании художника, которая его подключила к реальности, и в аффекте подключения позволила ему повторить эту реальность”.

Ink on paper, 120x86 cm, 2016, Polya Medvedeva


Здесь открываются пространства как для работы художника, так и для коллекционера или зрителя. Разглядывая серебряный цветок, и выбирая именно его — совершается некое действие узнавания. И это узнавание не цветка фрезии. Реакцию вызывают те особенные выглаженные линии и поверхности, в композиции которых уловлено нечто большее, как общий художественный образ, порой и совершенно абстрактный, который привлекает нас, как и в самих живых фрезиях, так и в традиции передавать прекрасное через металл и хрусталь, а также и традиции, которые можно считать и в самих линиях поверхностей, например почувствовав в них традицию китайской живописи. Все эти факторы и составят в таком случае общую композицию на совершенно разных уровнях бытия и восприятия.

Художественный образ – это некая уникальность самой композиции, это не научный факт о реальности. Однако “без образования художественного образа нельзя увидеть картину реальности, и что в ней произошло… …эта диалектика, чем больше мы хотим приблизиться и передать этот момент произошедший в реальности — тем более в обобщенном универсальном смысле мы должны это сделать.”

 

 

То есть как у Лифшица “кожа великана - есть необозримое”. Когда мы должны сделать некий шаг назад, чтобы обозреть все целиком, единой композицией. “Мы должны создать некую манию, художественное поведение, которое позволит через придуманную реальность прикоснуться к действительному… ...Реальность как таковую увидеть невозможно, если не создать реальность гномическую. Гномическое – это косвенное художественное обобществляющее. . “

Поэтому, когда нас привлекает что-то художественное, будь то уникальное сочетание цветов и композиция верстки страницы журнала, или простота линий хрустального куба — за всем этим скрывается работа художника, которая считывается на лету, как новый способ передачи информации, некий новый язык.

 

И будет ли он частью того нового языка без слов, о котором на днях говорили Джо Роган и Элон Маск — покажет время. В любом случае, этот язык, в отличие от передачи информации электронной почтой — доступен человеку намного дольше. С тех самых времен, когда охотники впервые решили поделиться добычей с теми соплеменниками, кто остался в пещере, и начал рисовать охотников, окружающих бизона, передавая в линиях и страхи, и восхищение храбростью, и радость от победы, как результата объединения усилий.